Статьи

Нарушение прав на охрану здоровья

Нарушения прав военнослужащих на жизнь, охрану здоровья и медицинскую помощь

Нарушения прав военнослужащих на жизнь, охрану здоровья и медицинскую помощь

В статье 20 (часть 1) Конституции Российской Федерации, статье 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод провозглашено право на жизнь. Из содержания данных норм вытекает обязанность государства сделать всё для того, чтобы человеческая жизнь оказалась вне опасности. Понятие «право на жизнь для военнослужащих» конкретизировано в международных (европейских) документах, следовать которым обязалась и Россия.

Право на жизнь для военнослужащих означает, по крайней мере, следующее: a) военнослужащие не должны вовлекаться в ситуации, в которых их жизнь будет поставлена под угрозу без четких и законных военных целей, или в условиях, когда угроза их жизни была проигнорирована; b) всегда должно быть произведено независимое и эффективное расследование любой подозрительной смерти или предполагаемого нарушения права на жизнь любого из военнослужащих; c) государство должны принимать меры для поощрения сообщений о нарушениях, угрожающих жизни военнослужащих, и предусмотреть меры защиты от мести для тех, кто сообщает о таких нарушениях; d) военнослужащие никогда не должны быть казнены или приговариваться к смертной казни. Пункт d) реализуется полностью — в России до настоящего момента действует мораторий на смертную казнь, так что военнослужащие не приговариваются к смертной казни. Относительно пункта c) — насколько защищены военнослужащие, сообщающие о преступлениях, — следует проводить отдельное исследование.

Степень соблюдения обязательств по пункту a) оценить сложно, поскольку в России с конца 2008 года не публикуется официальная статистика гибели военнослужащих Вооруженных сил. Более того, в соответствии с Указом Президента РФ от 30.11.1995 N 1203 «Об утверждении Перечня сведений, отнесенных к государственной тайне», «сведения, раскрывающие потери личного состава в военное время, в мирное время в период проведения специальных операций», отнесены к государственной тайне. Относительно выполнения обязательств по пункту b) следует отметить, что в нашу организацию поступало обращение, в котором сообщалось о непроведении независимого от командования расследования смерти военнослужащего. Право на охрану здоровья и медицинскую помощь военнослужащих закреплено в статье 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» В соответствии с ней, охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти.

Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих — обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы. Согласно п. 335 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Устав), охрана здоровья и физическое развитие военнослужащих — неотъемлемая часть их подготовки к выполнению своего воинского долга. Охрана здоровья обеспечивается созданием командирами (начальниками) во взаимодействии с органами государственной власти безопасных условий военной службы. Командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих (п. 81).

Данные нормы закона выполняются далеко не во всех случаях. Так, зачастую командиры не обращают должного внимания на создание благоприятных условий военной службы, быта и системы мер по ограничению опасных факторов военной службы; приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих также отдается не во всех случаях. Многие жалобы, поступавшие в организацию, были связаны с несвоевременным выявлением заболеваний и оказанием ненадлежащей медицинской помощи в воинских частях и госпиталях, что в ряде случаев привело к трагическим последствиям. Согласно п. 347 Устава, при обнаружении в полку инфекционного больного начальник медицинской службы немедленно докладывает об этом командиру полка и старшему медицинскому начальнику, проводит активное выявление, изоляцию и госпитализацию заболевших, дезинфекцию в подразделениях, наблюдение за лицами, бывшими в контакте с больным, и усиливает медицинский контроль.

А в соответствии с п. 357 Устава, военнослужащие, внезапно заболевшие или получившие травму, направляются немедленно, в любое время суток, в медицинский пункт полка (госпиталь), а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения. Эти требования закона выполняются далеко не во всех случаях обнаружения инфекционных заболеваний.

Также были зафиксированы многочисленные случаи неоказания или оказания ненадлежащей медицинской помощи (пример 4-7, 32, 33 из Приложения 2), что является нарушением прав военнослужащих, поскольку статья 41 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на охрану здоровья и медицинскую помощь, а статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» устанавливает принцип приоритета интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступности и качества медицинской помощи, и недопустимости отказа в оказании медицинской помощи. Нарушение права на охрану здоровья наблюдается также в случаях привлечения к особо опасным работам военнослужащих, не прошедших специальное обучение.

Как указывал в своем экспертном заключении на предмет правовой оценки использования военнослужащих срочной службы на работах, связанных с уничтожением боеприпасов, член НЭПС и Научно-консультативного совета при Генеральной прокуратуре Российской Федерации, д.ю.н., профессор В.И. Миронов, из права на жизнь и здоровье вытекает обязанность государства сделать всё для того, чтобы человеческая жизнь оказалась вне опасности. Привлечение неподготовленных лиц к уничтожению боеприпасов и их составных частей создает опасность для их жизни и окружающих. Сказанное позволяет сделать вывод о том, что использование неподготовленных лиц в работе с боеприпасами и их составными частями приводит не только к нарушению права на жизнь, но и к невыполнению государством обязанности по созданию необходимых условий, обеспечивающих безопасность жизни военнослужащих и окружающих их лиц.

Не менее распространенным нарушением права военнослужащего на здоровье является отказ в досрочном увольнении по состоянию здоровья. Как правило, с такой проблемой сталкиваются военнослужащие, которые были призваны в армию с нарушением процедуры, имея заболевания, препятствующие прохождению военной службы согласно Расписанию болезней, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 04.07.2013 N 565 «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе». Однако были зафиксированы и такие случаи, когда при приобретении заболевания во время прохождения военной службы врачи дезинформировали военнослужащих о серьезности такого заболевания и совместимости его с дальнейшим прохождением военной службы. При этом следует отметить, что сроки досрочного увольнения военнослужащих по состоянию здоровья в законодательстве четко не установлены, в результате чего зачастую превышают разумные пределы.

Согласно п. 133 Положения «О порядке проведения военно-врачебной экспертизы и медицинского освидетельствования в Вооруженных Силах Российской Федерации», утв. Приказом Министра обороны РФ от 20.08.2003 N 200 (далее – Положение), освидетельствование военнослужащих гарнизонными или госпитальными ВВК (ВЛК) проводится не позднее трех недель со дня начала обследования военнослужащего. Однако в случае невозможности вынесения заключения о состоянии здоровья этот срок может быть продлен.

Согласно п. 242 Положения, заключение ВВК, не подлежащее утверждению штатной ВВК, оформляется в день освидетельствования и выдается на руки освидетельствованному или направляется в воинскую часть. Однако, как правило, заключение подлежит утверждению штатной ВВК, поэтому свидетельство о болезни с заключением, подлежащим утверждению штатной ВВК, направляются в штатную ВВК не позднее 5 дней после освидетельствования. Именно на этом этапе процедура досрочного увольнения по состоянию здоровья может существенно затянуться, поскольку в законодательстве не указано, в какой срок штатная ВВК должна утвердить заключение госпитальной ВВК. Иногда документы находятся на утверждении в течение нескольких месяцев. В некоторых случаях всё это время военнослужащие, имеющие заболевания, препятствующие прохождению военной службы, находятся в военно-медицинских учреждениях или в воинских частях, исполняя свои обязанности.

При этом направление военнослужащих из военно-медицинских учреждений в воинскую часть для увольнения, привлечение их к службе или нахождение в медицинской части при воинской части в некоторых случаях, даже при непродолжительном сроке, влечет серьезное ухудшение их состояния здоровья. Военнослужащие имеют право на получение бесплатной медицинской помощи, бесплатное обеспечение лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, бесплатное обеспечение медицинскими изделиями по назначению врача в соответствующих медицинских, военно- медицинских подразделениях, частях и в организациях федеральных органов исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

В нарушение этих прав поступило множество сообщений об отсутствии в санитарных и медицинских пунктах лекарственных средств перовой необходимости (от простудных заболеваний, ушибов, болевых синдромов и т. п.). Кроме того, поступило большое количество обращений, касающихся санитарных условий, ставящих в опасность здоровье военнослужащих, — отсутствие питьевой воды в воинских частях, а также на полигонах, педикулез.

Защита прав граждан в сфере охраны здоровья

Защита прав человека и гражданина в сфере охраны здоровья относится к полномочиям федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья и осуществляется в целях соблюдения Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Федерального закона от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации».

Пациент может обратиться с жалобой на действия государственного органа, общественной организации, должностного лица, нарушающие его права, к вышестоящим в порядке подчиненности государственному органу, общественной организации, должностному лицу, что предполагает административный порядок разрешения возникшей конфликтной ситуации.

Также пациент может обратиться в администрацию ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ» по любым вопросам оказания медицинской помощи в ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ».

Обращение может быть подано самим пациентом, права и свободы которого нарушены, или его представителем, а также по просьбе пациента — надлежаще уполномоченным представителем общественной организации (например, общества защиты прав потребителей медицинских услуг), трудового коллектива.

Вышестоящие, в порядке подчиненности, государственный орган, общественная организация, должностное лицо обязаны рассмотреть жалобу в 30-дневный срок. По результатам рассмотрения жалобы может быть принято решение: удовлетворить жалобу, обоснованно отказать в ней полностью либо частично, передать жалобу другому органу на рассмотрение.

При выявлении нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе для оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата, в ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ» проводятся мероприятия внутреннего контроля качества медицинской помощи.

Должностные лица, ответственные за рассмотрение обращений граждан и решение вопросов заявителей, в ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ»:

Вторенко Владимир Иванович, президент ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ»
Прием граждан: вт., ср. 16.00-18.00, 12 корпус, 2 этаж

Кокая Инга Юрьевна, заместитель главного врача ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ» по медицинской части филиала (родильный дом и женская консультация)
Прием граждан: вт., чт. 11.00-13.00, женская консультация филиала на ул. Сосновая, 11
Телефон: +7 (499) 190-52-71

Как подать обращение?

  • Обратиться лично на прием к представителю администрации ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ», имеющему полномочия по решению проблем заявителей;
  • Обратиться лично с письменным заявлением на имя главного врача ГБУЗ «ГКБ №52 ДЗМ» в отдел делопроизводства (административный корпус, 1 этаж, оперативный отдел, время приема обращений с 8:30 до 16:30, тел. 8(499)196-18-89);
  • Обратиться на электронную почту Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. или через форму ПОДАТЬ ОБРАЩЕНИЕ на нашем сайте;
  • Обратиться на горячую линию или электронный ресурс федерального органа государственной власти или органа государственной власти субъекта Российской Федерации в сфере охраны здоровья, либо по справочному телефону/телефону горячей линии/на сайт вышестоящей и контролирующей организации

Ответ заявителю предоставляется с соблюдением требований Федерального закона от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» и ст.13 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Нормативная документация:

Федеральный закон от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»

Федеральный закон Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»

Постановление Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. N 1006 «Об утверждении правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг»

Закон о защите прав потребителей

Федеральный закон Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Читать

Единая справочная служба города Москвы
(в том числе по вопросам доступности и качества бесплатной медицинской помощи)

НАРУШЕНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РФ ОБ ОХРАНЕ ЗДОРОВЬЯ ГРАЖДАН КАК ПРИЗНАК НЕНАДЛЕЖАЩЕГО ВРАЧЕВАНИЯ

Большинство поводов для возбуждения гражданских и уголовных дел против медработников связано с ненадлежащим врачеванием. Интересно отметить, что, по данным Американской медицинской ассоциации, каждый год в больницах США от небрежности и врачебных ошибок умирает 180 тыс. человек. У нас такой статистики нет, но мы не отстаем от них в этом показателе. Впервые в 1997 г. УК РФ вводит понятие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей в связи с причинением вреда здоровью, имея в виду и специальный субъект преступления — медицинского работника. Официальный Комментарий к УК РФ (1998) под этим определением понимает деяние, полностью или частично не отвечающее официальным требованиям, предписаниям, правилам. На этом основании мы считаем, что под ненадлежащим врачеванием следует понимать действия или бездействие медицинского работника, не отвечающие общепризнанным требованиям современной медицинской науки и практики, установленным нормами медицинской этики и медицинского права, а также официальным инструкциям и правилам. Ненадлежащее врачевание не означает наличия или отсутствия неправомерных действий со стороны медицинского работника и характеризуется любыми дефектами в его профессиональной деятельности.

Ю.Д. Сергеев еще в 1988 г. в своей монографии выделяет в профессиональной деятельности врачей организационные, диагностические, лечебно-тактические недостатки, а также дефекты в хирургической, акушерско-гинекологической, педиатрической практике, при оказании скорой и неотложной медицинской помощи.

В последнее десятилетие в связи с реальным созданием правовой базы в области охраны здоровья граждан и формированием медицинского права актуальность приобрели недостатки, связанные с нарушением правовых норм. Допускаемые организаторами здравоохранения, лечащими врачами и другими медицинскими работниками, они мало известны широкому кругу медиков и связаны с недостаточным знанием или несоблюдением ими основных положений федерального законодательства о здравоохранении, приказов Минздрава России, включающих правила, инструкции по специальностям, официальные документы территориального органа управления, регламентирующие деятельность медицинских работников. Есть основания полагать, что эта группа недостатков со временем станет основной причиной возникновения конфликтов со все более грамотным в правовом отношении пациентом. Наиболее важны из них те положения, которые обеспечивают соблюдение принципа автономности пациента, ограждение его от медицинской агрессии и, как это ни парадоксально, тем самым защиту врача от возможных правонарушений. Эти дефекты медицинской деятельности наиболее часто в той или иной степени связаны с соблюдением конституционного права гражданина на предоставление ему достоверной информации о факторах, влияющих на его здоровье (ст. 42), обеспечение каждого возможностью знакомиться с документами и материалами, затрагивающими его права, и нераспространение сведений о его частной жизни без личного согласия (ст. Конституции РФ). Сложившиеся с начала 90-х гг. требования об информации пациента создали основу для радикального изменения традиционных взаимоотношений врача и больного, существующих со времен Гиппократа. Они вошли в противоречие с современными правами человека и должны из патерналистских стать партнерскими. За редким исключением, эти изменения медицинской этики не только не внедряются, но даже остаются незамеченными практикующими врачами. Причины такого консерватизма понятны и неудивительны, но их затяжной характер входит в противоречие не только с подписанными Россией международными документами, но и с законами РФ. И чем дальше это будет заходить, тем в большей степени для выправления положения придется прибегать к администрированию, т. е. действовать по формуле: «Чтобы выправить — нужно перегнуть». Между тем, новый взгляд на информацию в области охраны здоровья находится в соответствии с международными актами. Так, в декларациях ООН (1994), Всемирной медицинской ассоциации (1995), в резолюции Европейского совещания ВОЗ (1994), в Конвенции по биоэтике (1996), принятой Советом Европы, а также в Этическом кодекса российского врача, разработанном Ассоциацией врачей России (1994), особое внимание уделяется неукоснительному соблюдению прав пациента на информацию. Право пациента, его законного представителя в доступной его желанию, записано в ст. 30, 31 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22.06.93 № 5487 (в ред. 02.12.00). Информирование пациента распространяется также на сведения о его правах и обязанностях, которые врач должен хорошо знать. Информация, распространяемая в доступной форме, является обязательным условием получения согласия на медицинское вмешательство (ст. 32) или отказа от него (ст. 33), оно предшествует искусственному оплодотворению и медицинской стерилизации (ст. 35, 37), трансплантации органов и тканей от живых доноров (Закон «О трансплантации органов и тканей человека»). Отказ в предоставлении информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей, или разглашение тайны усыновления — признак уголовного преступления по ст. 237 и 155 УК РФ.

Особое значение имеет информация, составляющая врачебную тайну. Гарантия конфиденциальности передаваемых в этом случае сведений столь серьезна, что упомянута в Указе Президента РФ от 06.03.97 № 188 «Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера» первой среди сведений, связанных с профессиональной деятельностью. Порядок и адресность передачи сведений, составляющих врачебную тайну, с согласия больного, перечень информации, разглашение которой допускается без его согласия, изложены в ст. 61 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан.

Обязательность информации в области охраны здоровья предусмотрена также в Гражданском и Семейном кодексах РФ, в Федеральных законах «Об охране окружающей природной среды», «О психиатрической помощи и гарантиях при ее оказании», «О трансплантации органов и тканей», «О защите прав потребителей».

Однако предоставление информации в соответствии с законом потребует со стороны медицинского работника более углубленного умения делать это дозировано и деликатно с использованием знаний медицинской психологии и выбором в каждом конкретном случае своей модели информации: интерпретационной, когда врач, находясь в тесном контакте с пациентом, выступает в качестве советчика; информационной, при которой врач без эмоций, как эксперт подводит больного к правильному выбору; совещательной, когда врач как друг и учитель на основе доверия, диалога добивается согласия с его мнением; или патерналистской, при которой врач настойчиво выступает как опекун или диктатор при минимальной автономии больного, что оправдано лишь при необходимости оказания неотложной помощи. На этом мы уже останавливались.

И все-таки «нам не дано предугадать, как наше слово отзовется». Чтобы предвидеть, нанесет ли информация вред или будет способствовать излечению, нужно знать не только болезнь, но и больного как хранителя ключей к способностям излечить себя. Более того, в некоторых ситуациях надо знать и его отношения с окружающими его близкими людьми. С этой точки зрения наиболее эффективным являются возможности семейного врача.

Таким образом, процесс информации, являясь мостом во взаимоотношениях врача и больного, строится на двух опорах — правовой и этической, и не может быть устойчивым при отсутствии одного из них.

Мы остановились подробно на тех юридических положениях, которые связаны с предоставлением больному всесторонней информации, что является принципиально новым в российском законодательстве. Однако им не ограничиваются дефекты профессиональной деятельности медицинских работников, связанные с нарушением прав граждан в области охраны здоровья.

Приведем выделенный нами перечень подобных недостатков: 1)

несоблюдение или неправильное понимание медперсоналом своих профессиональных и должностных обязанностей, пределов своей компетенции и прав; 2)

нарушение прав на занятие медицинской, фармацевтической деятельностью, в том числе на занятие частной медицинской практикой и целительством; 3)

отсутствие, недостаточная или неправильная информация граждан о факторах, влияющих на их здоровье, а также нарушения порядка и пределов предоставления информации пациенту о состоянии его здоровья; 4)

несоблюдение санитарных норм, гигиенических нормативов и противоэпиде- миологических правил; 5)

нарушение прав семьи, беременной женщины и матери, несовершеннолетнего, военнослужащего, граждан пожилого возраста, инвалидов, задержанных и заключенных под стражу, а также прав граждан при чрезвычайных ситуациях и в экологически неблагоприятных ситуациях; 6)

несоблюдение оснований применения принудительных мер медицинского характера, в том числе относительно лиц, страдающих психическими расстройствами; 7)

нарушение прав пациента, приведенных в ст. 30 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан; 8)

неправомерное разглашение сведений, составляющих врачебную тайну; 9)

несоблюдение порядка получения согласия на медицинское вмешательство, отказа от него или вмешательства, осуществляемого без согласия больного, а также неполное оформление полученных от больного сведений; 10)

нарушение правовых и нормативных документов по регулированию репродуктивной деятельности человека (искусственное оплодотворение и имплантация эмбриона, искусственное прерывание беременности и медицинская стерилизация); 11)

нарушение порядка применения новых методов диагностики и лечения, лекарственных средств и иммунобиологических препаратов; 12)

нарушение правил обеспечения населения лекарственными средствами и медицинскими изделиями, несоблюдение прав граждан на получение их на льготных основаниях; 13)

продажа или иная сделка, связанная с изъятием или трансплантацией органов и тканей человека; 14)

осуществление или содействие больному в эвтаназии; 15)

несоблюдение порядка определения биологической смерти и прекращения реанимационных мероприятий без соблюдения требований соответствующей инструкции.

Приведенный перечень нарушений правовых положений чаще других может встретиться в практике расследования дел при ненадлежащем врачевании, но не является исчерпывающим.

Исходя из вышеприведенной группы недостатков классификация дефектов профессиональной медицинской деятельности, помимо умышленных преступлений, неосторожных действий, врачебных ошибок и несчастных случаев, по нашему мнению, должна быть пополнена пятой группой: нарушения законодательства и прав граждан (пациентов) в области здоровья.

Следует заметить, что уже сейчас следствие и суд при расследовании и рассмотрении дел с неблагоприятным исходом медицинской помощи интересуют дефекты, связанные с нарушением прав граждан в области охраны здоровья.

Приведем несколько примеров судебно-медицинских экспертиз, в заключениях которых помимо прочих дефектов устанавливалось то или иное нарушение действовавшего законодательства об охране здоровья граждан.

Призывник В. находился на стационарном лечении в больнице по поводу ревматоидного артрита высокой степени активности — псевдосептический вариант. Экспертная комиссия отметила ряд недостатков динамического обследования больного, при котором не выявлено значительного увеличения печени, непроведение рентгенологического исследования грудной клетки не позволило диагностировать осложнение основного процесса в виде пневмонии. Это не позволило своевременно распознать нарастание клинических проявлений осложнений и привело к недостаткам в лечении (несвоевременной и неадекватной терапии). Все это повлияло на наступление смерти больного от легочно- сердечной недостаточности.

Эксперты выразили убеждение, что лечение должно было проводиться в специализированном учреждении — в ревматологическом отделении клинической больницы, как это рекомендовали консультанты. Однако рекомендация не была выполнена по формальным соображениям — из-за отсутствия направления военкомата.

Вместе с тем эксперты отметили, что в данном случае имело место нарушение ст. 2 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, в которой, в частности, указано, что основными принципами охраны здоровья граждан являются соблюдение прав человека в области охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет профилактических мер и доступность медико-социальной помощи. Кроме того, имело место нарушение действующего приказа Минздрава СССР от 31.07.63 № 395, которым утверждено Положение о лечебно-профилактическом учреждении, о своевременном направлении больных в специализированные лечебные учреждения и использовании высококвалифицированных консультантов. Очевидно, что при выполнении положений этих нормативных документов шансов сохранить жизнь, а возможно, и здоровье молодого человека было бы больше.

Другой пример показывает, что многочисленные требования закона по предоставлению полной информации больному о его болезни и связанных с ней действиях врача не всегда выполняются.

Гр-н С. из ЦРБ 30.04.00 переведен в хирургическое отделение БСМП-2 г. Ростова-на-Дону в тяжелом состоянии по поводу желудочно-кишечного кровотечения, язвенной болезни двенадцатиперстной кишки. На четвертый день после поступления наступила смерть. При патанатомическом исследовании его трупа установлено, что смерть наступила от язвенной болезни двенадцатиперстной кишки, осложнившейся эрозией кровеносного сосуда и массивным кровотечением в развитие острой постгеморрагической анемии. Судебно-медицинской экспертизой установлено, что в день поступления в БСМП-2 больному дважды, сразу при поступлении и через 3 часа, была предложена операция, от которой он отказался. Причем второй раз сделана запись в истории болезни о том, что в случае рецидива кровотечения будет проведена экстренная операция. 01.05 сделана запись о том, что дочь больного извещена о тактике ведения больного и возможности проведения операции при повторном кровотечении. Экспертная комиссия не отметила. недостатков в ведении и лечении больного. Однако отмечены серьезные недостатки в информации больного и его близких. Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан, не определяя форму информации (это может быть и запись в истории болезни с подписями) в ст. 32 «Согласие на медицинское вмешательство» и 33 «Отказ от медицинского вмешательства» четко регламентируют, что информация должна быть добровольной и деликатной с учетом компетентности больного. Обязательно в записи должны быть указаны альтернативные методы лечения, возможные последствия при отказе. Причем подпись должна быть как больного (или его законного представителя), так и лечащего врача. Все это не имело места в кратких записях. Но особенно важно, что в данном случае, учитывая состояние больного, если не удалось его убедить в проведении операции, мог встать вопрос о проведении операции без согласия больного. Это предусмотрено ст. 34 и замечено в одной из записей. Однако не получило отражения в истории болезни.

Третий пример нарушения законодательства отмечен при более сложных обстоятельствах.

В горбольницу доставлен гр-н К. с колото-резаным ранением груди в состоянии сильного алкогольного опъянения. Возбужден, вел себя агрессивно, сквернословил, оскорблял персонал, едва удерживался нарядом милиции. Проведена плевральная пункция с отрицательным результатом (воздух и кровь не отмечены). Однако при рентгенологическом исследовании выявлен небольшой пневмоторакс справа. Далее следует отказ больного от госпитализации. Больной выписан через 2 часа пребывания в стационаре, в истории болезни сделана запись: «В связи с хулиганским поведением пребывание в стационаре невозможно». Диагноз: «Проникающее ранение грудной клетки, гемоторакс. Алкогольное опьянение. Наркомания». Через 3 часа после выписки вне больницы больной умер. При судебно-медицинском исследовании трупа установлено проникающее ранение правой половины грудной клетки в 10-е межреберье с повреждением межреберной артерии, сквозное ранение нижней доли правого легкого, диафрагмы, печени, правосторонний гемоторакс: 3000 мл, ателектаз. Алкогольная интоксикация, возможно, эректильная фаза шока.

Для оценки действий медицинского персонала назначена комиссионная судебно- медицинская экспертиза, которая отметила ряд недостатков в диагностике (не проведена повторная плевральная пункция, рентгенологическое исследование и анализы крови в динамике), не проводилось лечение, адекватное, прежде всего оперативное, вмешательство без согласия больного, не давали успокаивающих веществ. Важным организационным и этико-деонтологическим недостатком была выписка больного с неправильной записью «в удовлетворительном состоянии для амбулаторного лечения». По существу имеет место неоказание помощи больному. Но наряду с этим отмечен ряд нарушений законодательства об охране здоровья. Не оформлен должным образом отказ больного от медицинского вмешательства (ст. 33). Непонятно, имел ли он возможность в силу своего состояния сознательно воспринимать опасность и принимать решение. С учетом опасного для жизни состояния вмешательство могло быть и без согласия больного. Ни о чем этом не позаботились медицинские работники и, в частности, дежурный хирург, в функциональные обязанности которого входило и оказание экстренной помощи, и ведении документации.

В заключение приведем общие рекомендации, которых, по нашему мнению, следует придерживаться при лечении конкретного больного с письменным подтверждением в договоре (или в медицинских документах) больного либо его законных представителей и медицинских работников: 1.

Ознакомление больного с его правами в соответствии со ст. 30 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, с его обязанностями и ответственностью, с правилами внутреннего распорядка ЛПУ. 2.

Добровольное информирование пациента о характере патологии, тяжести и прогнозе. 3.

Информирование о необходимости применения методов диагностики и лечения, их безопасности, последствиях и перечислением и частоте возможных осложнений, альтернативных методик. 4.

Получение добровольного согласия на определенные методы диагностики и лечения, их выбор с участием больного. 5.

Информированный отказ больного от предлагаемых диагностических и лечебных манипуляций с указанием последствий этого (с обязательной подписью больного). 6.

В случаях необходимости, в интересах больного, применения новых не разрешенных ранее методов диагностики, лечения, профилактики, лекарственных средств или иммунобиологических препаратов получить добровольное информированное письменное согласие пациента или его законных представителей с учетом его права на отказ от него на любом этапе применения. 7.

Установление по желанию больного доверенных лиц из числа близких на получение сведений, составляющих врачебную тайну, с указанием в медицинской карте. 8.

При определении недееспособности (по психическому статусу или возрасту) установление (и удостоверение) законных представителей. При их отказе от медицинской помощи для спасения жизни возможность обращаться в суд. 9.

При отказе медицинской помощи без согласия больного (в соответствии со ст. 34 Основ законодательства РФ) обязательное оформление такового, с подписями членов консилиума или лечащего врача и зав. отделением. 10.

В случаях применения принудительных мер медицинского характера и их прекращения иметь в качестве основания решения суда.

Статья 184. Нарушение права на бесплатную медицинскую помощь

1. Незаконное требование платы за оказание медицинской помощи в государственных или коммунальных

учреждениях здравоохранения наказывается штрафом до ста не облагаемых налогом минимумов доходов граждан или арестом на срок до

коммунальных учреждений здравоохранения наказывается штрафом до одной тысячи не облагаемых налогом минимумов доходов граждан или исправительными работами на срок до двух лет.

Согласно ст. 49 Конституции Украины каждый имеет

право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Охрана здоровья обеспечивается государственным финансированием соответствующих социально-экономических,

медико-санитарных и оздоровительно — профилактических программ. Государство создает условия для эффективного и доступного всем медицинского обслуживания.

В государственных и коммунальных учреждениях охраны здоровья медицинская помощь предоставляется бесплатно, существующая сеть таких заведений не может

Основы охраны здоровья определяются исключительно законами Украины, в частности Законом Украины от

19.11.92 г. -Основы законодательства Украины об охране

здоровья- и другими.

1. Объектом преступления является право граждан на

охрану здоровья и медицинскую помощь.

2. Объективная сторона преступления выражается в следующих действиях:

а) в незаконном требовании оплаты за предоставление медицинской помощи в государственных и коммунальных учреждениях здравоохранения (ч. 1 статьи);

б) в незаконном сокращении сети государственных

и коммунальных учреждений здравоохранения (ч. 2

Учреждения здравоохранения — это предприятия, заведения и организации, задачами которых является обес/печение разнообразных потребностей населения в сфере

охраны здоровья путем предоставления медико-санитарной помощи, включая широкий спектр профилактических

и лечебных мероприятий или услуг медицинского характера, а также исполнение иных функций на основе профессиональной деятельности медицинских работников.

Учреждения здравоохранения, основанные на государственной и коммунальной формах собственности, являются соответственно государственными и коммунальными.

Медицинская помощь — комплекс специальных мероприятий, направленных на содействие улучшению здоровья, предупреждение заболеваний и инвалидности, на

раннюю диагностику, помощь лицам с острыми и хроническими заболеваниями и реабилитацию больных и инвалидов.

Здоровье — состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие

болезней и физических дефектов, на обеспечение чего наряду с иными нормами Закона направлена и данная статья Кодекса.

Исходя из конституционных положений об охране здоровья, какие-либо изменения и конкретизация этих положений возможны только путем принятия соответствующих Законов.

Поэтому издание должностными лицами в сфере охраны здоровья подзаконных актов об оплате за предоставление медицинской помощи в учреждениях здравоохранения, основанных на государственной или коммунальной

формах собственности, а также сокращение сети указанных учреждений под любым предлогом является незаконным.

Требование оплаты за предоставление медицинской помощи в государственных и коммунальных учреждениях

здравоохранения, не основанное на Законе, независимо от

наличия подзаконных актов, является незаконным.

Вместе с тем предложение предоставить необходимые

средства (лекарства и т.д.) при их отсутствии, в связи с

отсутствием надлежащего финансирования, не может рассматриваться как требование оплаты за предоставление

4. Субъектом преступления по ч. 1 ст. 184 является

любой работник государственного и коммунального учреждения охраны здоровья, деятельность которого связана с оказанием медицинской помощи (независимо от

того, является ли он должностным лицом или нет), а по

ч. 2 ст. 184 — должностное лицо, в компетенцию которого входит принятие решений в отношении учреждений

здравоохранения, основанных на коммунальной или государственной формах собственности.

Понятие -должностное лицо- — см. комментарий к

Тема: Юридическая ответственность за нарушение прав граждан на охрану здоровья;

1. Основания и условия ответственности медицинских учреждений и работников за нарушения прав пациента.

2. Гражданско-правовая ответственность медицинских учреждений.

3. Страхование ответственности за ущерб, причиненный при оказании медицинской помощи.

4. Уголовная ответственность работников здравоохранения.

5. Административная ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья.

6. Дисциплинарная ответственность медицинских работников.

7. Ответственность пациентов.

Краткий конспект лекции.

Основанием юридической ответственности медицинских учреждений и работников является правонарушение, выражающееся в неисполнении, ненадлежащем исполнении своих обязанностей по профилактике, диагностике, лечению заболеваний лиц, обратившихся за медицинской помощью (пациентов). Обязанности медицинских учреждений и работников корреспондируют правам пациента, поэтому можно говорить, что основанием ответственности является нарушение прав пациента. Поскольку права граждан в области охраны здоровья и, в частности, права при оказании медицинской помощи (собственно права пациента), являются достаточно разнообразными, нарушения таких прав могут носить различный характер.

1.Нарушения права на доступную медицинскую помощь. В эту группу правомерно включить взимание платы за оказание тех видов медицинской помощи, которые предусмотрены Программой государственных гарантий, либо требование такой платы; отказ от оказания медицинской помощи независимо от мотива.

2.Нарушения права на медицинскую помощь. К этим нарушениям можно отнести низкий уровень качества или дефекты в оказании медицинской помощи, несоответствие ее качества и объема установленным стандартам, повлекшие причинение вреда здоровью застрахованного либо не повлекшие таких последствий.

3.Нарушение права пациента на самоопределение, т. е. оказание медицинской помощи без согласия гражданина (кроме случаев, указанных в законе) либо без надлежащего его оформления, а также нарушение права пациента на отказ от медицинской помощи.

4.Нарушения информационных прав пациента. К этой группе можно отнести отказ в предоставлении информации о диагнозе, возможном риске, последствиях и результатах лечения либо предоставление недостоверной, искаженной информации; разглашение сведений, составляющих врачебную тайну. В эту же группу можно включить неправильное, нечеткое оформление медицинской документации либо ее отсутствие, потому что в соответствии со ст. 31 Основ гражданин вправе непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, и получать на ее основании консультации у других специалистов.

5.Нарушение права пациента на достоинство, например, неприменение обезболивания, неуважительное отношение к больному и т. д.

Независимо от того, в какой форме выразилось нарушение прав пациента и какие именно права были нарушены, юридическая ответственность медицинского учреждения или работника наступает лишь при наличии совокупности обстоятельств, которые принято именовать ее условиями. В теории права выделяют четыре условия, которые делают возможным привлечение к юридической ответственности:

1.противоправное поведение (действие или бездействие) лица;

2.наличие вредных последствий;

3.причинная связь между противоправным поведением и вредным результатом;

4.вина причинителя вреда.

Противоправность означает, что, действуя определенным образом или, напротив, воздерживаясь от действий, субъект нарушает норму закона, иного нормативного акта или субъективное право лица. Существуют обстоятельства, исключающие противоправность деяния. К ним в рассматриваемом контексте может быть отнесена крайняя необходимость, под которой понимается причинение меньшего вреда в целях предотвращения большего. Важно и то, что в случае причинения вреда при проведении операции в целях спасения жизни пациента ответственность возможна. Исключение составляют несчастные случаи, когда медицинский персонал не мог и не должен был предвидеть возможность вредных последствий своих действий с учетом анатомических особенностей организма пациента либо атипичного течения болезни. В то же время проведение операции для спасения жизни человека, находившегося в. бессознательном состоянии, не может расцениваться как причинение вреда здоровью, поскольку врач, даже не обладая согласием пациента на такое медицинское вмешательство, путем причинения меньшего вреда (применение общего наркоза, послеоперационные рубцы, более или менее длительный период реабилитации и т. д.) стремился предотвратить несоизмеримо больший (смерть).

Исключается противоправность деяний, за которые может наступать уголовная или дисциплинарная ответственность, если они охватываются понятием «обоснованный риск». Для медицинских работников к таким ситуациям следует относить прежде всего клинические испытания новых лекарственных средств и методов лечения. При этом должны быть соблюдены следующие условия. Он допускается только для достижения общественно полезной цели. Риск признается обоснованным, если указанная цель не могла быть достигнута не связанными с риском действиями (бездействием). Лицо, допустившее риск, должно предпринять достаточные меры для предотвращения вреда. Риск не признается обоснованным, если он заведомо сопряжен с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия.

Вредные последствия противоправного поведения медицинского персонала могут выражаться в ухудшении состояния здоровья пациента либо его смерти; утраченном заработке или ином трудовом доходе пациента; необходимости для пациента или его близких нести дополнительные расходы, связанные с лечением или реабилитацией, и т. д. Вред может выражаться, кроме того, в физических и нравственных страданиях пациента и его родственников, в частности, связанных с несоблюдением конфиденциальности информации о диагнозе, методах лечения болезни, о самом факте обращения за медицинской помощью. В этом случае речь идет о моральном вреде, который компенсируется на основании судебного решения.

Необходимым условием привлечения медицинского учреждения или персонала к ответственности служит причинная связь между их противоправным поведением и наступившим вредным результатом. Она означает, что одно явление (причина) предшествует другому (следствию) и порождает его. Применительно к проблеме ответственность за вред, причиненный здоровью пациента при оказании медицинской помощи, наибольшую сложность вызывает проблема возможной множественности причин, приведших к неблагоприятному результату. Если неблагоприятный исход лечения вызван взаимодействием многих причин, необходимо определить, какие обстоятельства стали причинами вредоносного результата и какое значение имело каждое из этих обстоятельств. Если следствием ненадлежащего врачевания стала смерть пациента или повреждение его здоровья, важное значение имеет заключение судебно-медицинской экспертизы, которое суд оценивает в совокупности с другими доказательствами. Если вред причинен несколькими субъектами (например, когда больной был сначала госпитализирован в одно больничное учреждение, а затем переведен в другое и в действиях обоих учреждений имела место противоправность) и причинная связь развивалась последовательно, может иметь место долевая (а в случаях, предусмотренных законом, солидарная) ответственность.

Вина представляет собой психическое отношение субъекта к совершаемому им противоправному действию (бездействию) и его возможным результатам. Вина может выражаться в форме умысла и неосторожности. Умысел предполагает осознание субъектом противоправности своего поведения и желание наступления вредного результата. При косвенном умысле лицо сознательно допускало такие последствия либо относилось к ним безразлично. При неосторожности лицо не предвидит наступления вредных последствий, хотя при должной внимательности и предусмотрительности могло и должно было их предвидеть (небрежность), либо предвидит их, но самонадеянно рассчитывает их предотвратить (легкомыслие). В случаях, установленных законом, возможна ответственность независимо от вины. Речь идет о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности по правилам ст. 1079 ГК РФ. К источникам повышенной опасности можно отнести некоторые объекты, используемые медицинскими учреждениями и работниками в процессе оказания медицинской помощи: в частности, рентгеновские установки, родоновые ванны, лазерные аппараты, ядовитые, наркотические, сильнодействующие лекарственные препараты, взрыво- и огнеопасные средства, такие, как эфир, и т. д.

При привлечении медицинских учреждений и работников к ответственности за вред, причиненный пациенту, учитывается также и вина последнего. Так, согласно ст. 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если возникновению или увеличению вреда способствовала грубая неосторожность потерпевшего, размер возмещения вреда должен быть уменьшен в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении может быть отказано, если законом не предусмотрено иное, однако при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов, при возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, а также при возмещении расходов на погребение.