Статьи

Юридическая обязанность отличается от моральной обязанности

Чем юридическая обязанность отличается от моральной обязанности?

Отличается мерой наказания: юридическая влечёт за собой уголовную ответственность (или ответственность по административному Кодексу), а моральная может привести к простому осуждению другими лицами и угрызениям совести.

А что означает юридическая обязанность? Это выполнение норм правил, которые определены законами. Но все законы в своей основе имеют нормы общественных взаимоотношений, нормы морали, которые формируются обществом. Моральные нормы запрещают убийство, воровство, насилие, а уголовный кодекс определяет меру ответственности за нарушение моральных правил общества.

Юридическая обязанность влечёт за собой ответственность, согласно нормативных актов и норм права. Моральная обязанность — соответствие общепринятым нормам поведения в обществе. Нарушение таких норм не преследуется по закону, но осуждается в обществе.

Юридическая ответственность отличается от всякой иной социальной ответственности признаками

Дата добавления: 2014-12-08; просмотров: 6; лекция была полезна: 0 студентам(у); не полезна: 0 студентам(у).
Опубликованный материал нарушает авторские права? сообщите нам.

Читайте также:
I ДВА ПОДХОДА К ЧЕЛОВЕКУ В СОЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ 1 страница I ДВА ПОДХОДА К ЧЕЛОВЕКУ В СОЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ 2 страница I ДВА ПОДХОДА К ЧЕЛОВЕКУ В СОЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ 3 страница II. ЮРИДИЧЕСКАЯ.

Дата добавления: 2013-12-31; просмотров: 182.

Читайте также:
Cтрахование ответственности I. Понятие и виды миграции населения I. Понятие о цели воспитания. I. Понятие экономической системы. I. Понятие языковой ситуации. I. Предпосылки и истоки возникновения юридической психологии II. Понятие цивильного права, права народов, естественного права II. Структура предмета юридической психологии S: К какому виду юридической ответственности относится наказание в виде лишения свободы? А.

Правоотношение / Юридические обязанности

Юридическая обязанность — это предусмотренная законодательством и охраняемая государством необходимость должного поведения участника правового отношения в интересах управомоченного субъекта (индивида, организации, государства в целом). Где есть субъективное право, там непременно имеется юридическая обязанность. В отличие от субъективного права обязанность субъекта состоит в.

Ответственность — одна из основных юридических категорий, широко используемая в правоприменительной деятельности. Однако сам термин «ответственность» многозначен и употребляется в различных аспектах. Можно различать социальную, моральную, политическую, юридическую ответственность. Социальная ответственность — обобщающее понятие, включающее все виды ответственности в обществе. С этой точки зрения моральная и юридическая ответственность — разновидности (формы) социальной ответственности.
.

Юридическая обязанность — это мера должного поведения обязанного субъекта, т.е. обусловленная требованием юридичес­кой нормы и обеспеченная возможностью государственного при­нуждения необходимость определенного поведения, определен­ных действий.

Моральная обязанность — нравственное требование, когда оно выступает как долг человека, как возлагаемая на него задача.
Человек может выполнять эту обязанность, а может и нет. Это как ему подскажет его совесть.

Юридическая обязанность

Это предписанная обязанному лицу

мера необходимого поведения, которой лицо должно следовать в соответствии с требованиями управомоченного в целях удовлетворения его интересов.

Характерные черты юридической обязанности таковы.

Гурвич М.А. Право на иск. Изд-во АН СССР, 1949. С. 142–146.

Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. Госюриздат, 1950. С. 9; Курылев С.В. Формы защиты и принудительного осуществления субъективных прав и право на иск // Труды Иркутского государственного университета. Т. 22. Сер. юридическая. Вып. 3. Иркутск, 1957. С. 203–210.

Толстой Ю.К. К теории правоотношения. С. 46; Иоффе О.С., Шаргородский М.Д.

Вопросы теории права. Госюриздат, 1961. С. 223–224.

Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. Изд-во АН СССР, 1958. С. 61.

Глава XVIII. Содержание правоотношения

Долженствование, характеризующее содержание юридической обязанности, выражается в мере необходимого поведения. Лицо обязано не «вообще», а именно в пределах данного правоотношения. При этом нормы права устанавливают точные границы (меру) должного поведения. Вне этих границ (меры) лицо может действовать по своему усмотрению.

Обязанному лицу предписана мера должного поведения в целях удовлетворения интересов управомоченного. Конечно, исполняя юридическую обязанность, лицо может удовлетворять и свои интересы. В социалистическом обществе исполнение, например, трудовых, административных и иных обязанностей соответствует интересам всего народа, всех трудящихся. Однако в пределах данного правоотношения поведение обязанного лица непосредственно направлено на обеспечение интересов управомоченного, выражающих либо его личные, либо также и общенародные интересы, интересы общества в целом. Таким образом, если субъективное право закрепляется за лицом для обеспечения его интересов, то юридическая обязанность – в интересах управомоченного.

Предписанная обязанному лицу мера должного поведения обеспечивается возможностью требования этого поведения – возможностью, предоставленной управомоченному. При этом управомоченный опирается на аппарат государственного принуждения: в случае неисполнения юридической обязанности он может обратиться к компетентным органам государства для применения к неисправному лицу мер государственного принуждения. Обеспеченность поведения в правоотношении мерами государственно-принудительного воздействия (санкциями) является необходимым свойством, атрибутом юридической обязанности.

Юридическая обязанность отличается безусловностью, категоричностью. Данное поведение властно предписано лицу. В содержание юридической обязанности, следовательно, включается властный императив, запрещающий лицу уклоняться от предписанного поведения.

На указанные черты юридической обязанности следует обратить внимание, в частности, потому, что в законодательстве термины «обязанность», «должен», «ответственность» иногда обозначают не юридическую обязанность в точном смысле, а лишь необходимость совершения определенных действий, если лицо желает избежать неблагоприятных последствий или же достичь определенного результата. В таком, например, значении термин «обязанность» употребляется

Раздел второй. Нормы права и правоотношения

в гражданско-процессуальном законодательстве, когда указывается на обязанность каждой стороны в процессе доказать те обстоятельства, на которые она ссылается для обоснования своих требований и возражений1. Аналогичный характер имеет «обязанность» сторон облечь договорное соглашение в установленную законом форму,

«обязанность» покупателя осмотреть полученное от продавца имущество и некоторые другие. Во всех указанных случаях несоблюдение «обязанности» само по себе еще не является противоправным поведением; оно имеет лишь правопрепятствующее значение, т.е. препятствует наступлению искомого юридического эффекта, приводит к некоторым неблагоприятным последствиям, не связанным с применением к лицу мер государственно-принудительного воздействия (санкций) 2.

Юридические обязанности имеют неодинаковое содержание и в соответствии с этим выполняют различные функции в правоотношениях. В правоотношениях пассивного типа (например, в правоотношениях собственности) юридические обязанности играют «оградитель-

ную» роль. На лиц возлагается обязанность воздерживаться от действия известного рода и это с юридической стороны создает необходимые условия для того, чтобы управомоченный мог совершать дозволенные ему положительные действия и тем самым удовлетворять свои законные интересы.

В правоотношениях активного типа (например, в трудовых право-

отношениях, в гражданско-правовых обязательствах и др.) юридические обязанности имеют более существенное значение. Совершение положительных действий обязанным лицом непосредственно приводит к удовлетворению интересов управомоченного.

В охранительных правоотношениях юридические обязанности так-

же играют существенную роль.

Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. М., 1950. С. 35.

Лейст О.Э. Санкции в советском праве. Госюриздат, 1962. С. 53–62. Автор правильно связывает существование упомянутых выше «обязанностей» с вопросом о фактическом составе. Он пишет: «Невыполнение «обязанности» совершить действия, направленные на достижение того или иного юридического результата, в установленной законом форме, в течение определенного срока и т.д. означает лишь, что ввиду неполноты фактического состава не достигнут тот юридический эффект, достижение которого является правом, но не обязанностью лица» (С. 58).

Глава XVIII. Содержание правоотношения

Каково место юридических обязанностей в механизме правового регулирования? Юридические обязанности относятся к той стороне правового регулирования, которая характеризует требования к субъектам права. Следовательно, если субъективные права выражают свободу, инициативу и самостоятельность субъектов, то юридические обязанности – другую сторону правовых предписаний: правовые требования к субъектам.

Как бы ни разнились друг от друга правоотношения, юридические обязанности во всех случаях выражают долг лица перед другими лицами – лицами, в интересах которых устанавливаются правоотношения. Юридические обязанности характеризуют утверждение общих моральных запретов, гражданскую общественную дисциплину в нашей стране. «Соблюдение обязанностей, – пишет С.Ф. Кечекьян,– это и есть та дисциплина, общественная дисциплина, которая столь необходима в условиях строительства социализма и коммунизма»1.

В правовой литературе юридические обязанности характеризуются разными авторами в общем одинаково. Правда, некоторые советские ученыеюристы определяли обязанность как само должное поведение2. Между тем обязанность есть «долженствование определенного, предписанного нормами права поведения, а не само должное поведение. » 3. Впрочем, авторов, определяющих обязанность через должное поведение, можно скорее упрекнуть в редакционных неточностях, чем в ошибке по существу. Никто из них прямо не отрицает того, что обязанность представляет собой определенную не-

обходимость должного поведения.

Неприемлемую, на первый взгляд, позицию по вопросу о юридической обязанности занимает Б.С. Никифоров. По мнению автора, юридическую обязанность целесообразно определить как «правовую невозможность поведения, выражающегося в воспрепятствовании другому лицу в реализации обеспеченной ему возможности или в необеспечении реализации такой возможности другим лицом»4. Однако неприемлемость позиции Б.С. Никифоро-

1 Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. С. 67; об обязанности как долге см. также: Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности. М.: Юрид. лит., 1968. С. 71–74.

Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. Госюриздат, 1955. С. 111.

Кечекьян С.Ф. Указ. соч. С. 60; см. также: Назаров В.Л. Некоторые вопросы советских социалистических правоотношений // Ученые записки ВЮЗИ. Вып. 11. М., 1960. С. 76–77.

Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. Госюриздат, 1960. С. 62.

Раздел второй. Нормы права и правоотношения

ва, на что обращалось внимание в литературе1, оказывается кажущейся. Такое впечатление вызвано нечеткой редакцией процитированной формулировки. На самом же деле автор справедливо указывает на важную особенность юридической обязанности – ее императивность (правовую невозможность иного поведения, чем это предписано обязанному лицу).

Аналогичный в сущности взгляд отстаивает и О.Э. Лейст, который считает, что к юридической обязанности в точном смысле (т.е. обязанности, обеспеченной санкцией) можно отнести только ту, «которая имеет категорический

характер, соблюдение которой властно предписано государством, запрещающим уклонение от определенного правила поведения безотносительно к це-

лям, которые преследует то или иное лицо» 2.

Большинство авторов, изучающих юридические обязанности, рассматривает их в единстве с субъективными правами (правомочиями требования). Правда, С.Ф. Кечекьян, ссылаясь на конституционные обязанности, обязанности в уголовном праве, в административном праве и т.д., считает, что такого рода обязанности могут существовать вне правоотношения. При этом автор возражает против «узкоцивилистической», на его взгляд, концепции, согласно которой «всякая обязанность существует ради чьего-либо права»3.

Однако всем тем обязанностям «вне правоотношения», на которые ссылается С.Ф. Кечекьян, корреспондируют права требования определенных лиц – требования исполнения обязанностей. Вместе с тем верно и то, что в правоотношениях активного типа (где обязанное лицо должно совершить положительные действия) эта обязанность существует не «ради права». Юридическая обязанность здесь осуществляется «ради» интересов управомоченных, в том числе и таких, которые выражают общественные интересы, интересы правопорядка в целом. Следовательно, сочетаясь определенным образом с субъективным правом, юридические обязанности в правоотношениях активного типа имеют в значительной мере самостоятельное значение.

СУБЪЕКТИВНОЕ ЮРИДИЧЕСКОЕ ПРАВО. ВЗАИМОСВЯЗЬ СУБЪЕКТИВНОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ПРАВА И СУБЪЕКТИВНОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОБЯЗАННОСТИ

В юриспруденции слово «право» используется для обозначения двух взаи­мосвязанных, но разных явлений: одно из них именуется объективным пра­вом, другое — субъективным юридическим правом.

Объективное право — это разновидность социальных норм, социальный регулятор, то есть как бы «право вообще». Характерно, что в этом смысле о праве невозможно говорить во множественном числе: если речь идет о «пра­вах», значит имеются в виду права субъективные. Когда объективное право рассматривается вне связи с субъективным юридическим правом, то его на­зывают просто «правом»: гражданское право, административное право и т. д.

Субъективное юридическое право — явление, тесно связанное с объектив­ным правом, обусловленное им, возникающее на его основе, но тем не менее качественно от него отличающееся, то есть другое явление.

Анализируя данный вопрос, следует сразу разграничить две проблемы:

а) проблему объективного и субъективного в праве;

б) проблему объективного права и субъективного юридического права.

Первая имеет философский характер и смысл ее в том, чтобы определить, в какой степени то явление общественной жизни, которое юристы именуют «объ­ективным правом», объективно, а в какой — субъективно. Наша же проблема лежит в плоскости юриспруденции, и субъективное юридическое право здесь называется «субъективным» лишь по одной причине: оно есть нечто, принадле­жащее субъекту. Поэтому его даже проще было бы именовать не «субъектив­ным», а «субъектным» правом.

Иногда можно встретить такое определение: «субъективное право — это право субъекта». Кроме явной неполноты и тавтологичности, оно страдает еще одним серьезным недостатком. Ведь в силу такого специфического обстоятель­ства, как существование в правоведении еще одного, качественно отличного, понимания слова «право» — как особой разновидности социальных норм, мож­но прийти к довольно абсурдному выводу: субъективное юридическое право есть некая система норм, почему-то принадлежащая отдельному субъекту.

В определении субъективного юридического права должно быть дано объ­яснение каждому из трех слов, составляющих данный термин:

а) почему оно «субъективное»;

б) что означает «юридическое»;

в) какой смысл в этом случае вкладывается в слово «право».

Субъективное юридическое право — это предоставленная субъекту права юридическими нормами в целях удовлетворения его интересов мера возмож­ного (дозволенного) поведения в правоотношении, обеспеченная корреспон­дирующей обязанностью другого субъекта правоотношения и гарантирован­ная государством.

Данное определение базируется на следующих признаках:

1. Речь идет о возможности определенного поведения.

2. Эта возможность предоставляется не кому-либо, а именно субъекту права (лицу правоспособному).

3. Предоставлено субъекту права в целях удовлетворения его интересов.

4. Существует в правоотношении.

5. Имеет свои границы, будучи мерой поведения. Нарушение этой меры есть злоупотребление правом.

6. Субъективное юридическое право не может существовать вне связи с со­ответствующей юридической обязанностью, без реализации которой не мо­жет быть реализовано и само право.

7. Реализация гарантируется возможностью государственного принуж­дения по отношению к носителю корреспондирующей (соответствующей) юридической обязанности или иными способами правовой защиты.

8. Имеет юридическую природу, которая проявляется в том, что:

а) возможность определенного поведения предоставляется юридическими нормами;

б) осуществление этой возможности гарантируется государством.

Виды субъективных прав

Характеризуя субъективное право, возникающее на основе юридических норм, не следует исключать из его термина — «субъективное юридическое право» — слово «юридическое». Хотя зачастую говорят таким образом: «субъ­ективные права и юридические обязанности». При этом упуская из вида, что субъективные права могут быть и неюридическими. Ведь право — не единст­венный социальный регулятор. Сколько существует видов социальных норм, столько же существует и видов субъективных прав: на основе норм морали возникают субъективные моральные права, на основе корпоративных норм -субъективные права членов общественных организаций и т.д. Принципиальный механизм действия социальных норм един: норма — фактические условия — субъективные права и обязанности.

Надо вообще заметить, что слово «право» в русском языке может исполь­зоваться для обозначения и неюридических явлений. Кроме уже отмеченно­го случая, не имеют формально-юридического смысла такие словосочетания, как «естественное право», «права человека».

Субъективное юридическое право, как и объективное право, имеет свой «внутренний мир»: свои элементы, внутреннюю организацию, то есть опреде­ленное строение. Его элементы называются правомочиями. Известный россий­ский правовед Николай Григорьевич Александров предлагал в составе субъек­тивного юридического права выделять три правомочия: вид и меру возможного поведения его обладателя, возможность требовать определенного поведения от обязанных лиц и возможность прибегнуть в необходимых случаях к принуди­тельной силе государственного аппарата.

Если говорить коротко, то это:

а) право на положительные действия;

Последнее правомочие иногда выделяют в самостоятельное субъективное юридическое право в рамках охранительных правоотношений.

Диалектической противоположностью субъективного юридического пра­ва является субъективная юридическая обязанность. Они неразрывно связа­ны и не могут существовать друг без друга. Право одного субъекта не может быть реализовано вне реализации соответствующей обязанности другого субъекта. Существование же обязанности вне связи с субъективным правом лишено смысла. Поэтому известный тезис о том, что «не может быть прав без обязанностей», не только отражает общие начала социальной справедливос­ти, но и выступает проявлением сугубо правовой закономерности в механиз­ме действия юридических норм.

Субъективная юридическая обязанность

Субъективная юридическая обязанность — это возложенная на субъекта права юридическими нормами в целях удовлетворения интересов управомоченного субъекта мера должного поведения в правоотношении, реализация которой обеспечена возможностью государственного принуждения.

Определение субъективной юридической обязанности отражает следую­щие ее характерные черты:

1. Речь идет о необходимости (долженствовании) определенного поведе­ния.

2. Может быть возложена лишь на право- и дееспособное лицо.

3. Возлагается на субъекта права в целях удовлетворения интересов управомоченного субъекта.

4. Существует в правоотношении.

5. Должное поведение имеет свои границы (меру).

6. Не может существовать вне связи с субъективным юридическим правом.

7. Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения.

8. Имеет юридическую природу, которая выражается в том, что:

а) необходимость определенного поведения возлагается на субъектов юридическими нормами;

б) реализация обеспечивается возможностью государственного принуж­дения.

Субъективные юридические права и обязанности, как и всякие диалектиче­ские противоположности, имеют общие черты и в то же время существенно от­личаются друг от друга. Объединяет их, во-первых, общая юридическая приро­да: и право, и обязанность вытекают из юридических норм и гарантируются государством. Во-вторых, и право, и обязанность являются мерами поведения. В то же время право — это мера возможного поведения, а обязанность — мера поведения должного. Суть этого различия состоит в том, что реализация права зависит от воли управомоченного, а воля обязанного лица в этом отношении детерминирована жестко: оно должно реализовать свою обязанность.

Различие права и обязанности также в том, что если первое содержит бла­го для своего обладателя, то вторая осуществляется не в интересах своего но­сителя, а в интересах другого лица — управомоченного.

В заключение можно заметить, что в целом субъективные обязанности так же, как и субъективные права, могут быть неюридическими: субъективные моральные обязанности, субъективные обязанности членов общественных организаций и т. д.

Обязанность как правовая категория Коршунова Ирина Викторовна

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Коршунова Ирина Викторовна. Обязанность как правовая категория : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.01 : Абакан, 2004 179 c. РГБ ОД, 61:04-12/1804

Содержание к диссертации

Глава I. Обязанности в системе социальных регуляторов 10

1. Генезис обязанности — от обычной нормы к юридической обязанности 10

2. Виды социальных обязанностей: моральные, религиозные, политические, корпоративные 34

3. Обязанность, долг, ответственность — соотношение категорий 57

Глава II. Юридическая обязанность в системе средств правового регулирования 79

1. Понятие юридической обязанности 79

2. Виды юридических обязанностей 101

3. Место юридической обязанности в правовом статусе личности, органа государственной власти и должностного лица 129

Введение к работе

Актуальность темы исследования. Необходимым фактором, обеспечения оптимального взаимодействия личности, общества и государства выступают социальные обязанности, без которых невозможным становится существование любой человеческой общности и цивилизации.

Обязанности выступают универсальным социально-правовым образованием и по праву могут считаться одним из базовых элементов системы общественно-правового регулирования. Являясь категорией правовой науки, обязанности могут рассматриваться в рамках самостоятельного правового института в общей теории права и государства. В то же время как категория социальной действительности, обязанности играют многофункциональную роль в различных сферах проявления общественной жизни.

Являясь необходимым элементом регулирования и упорядочивания всей системы общественных отношений, юридические обязанности выступают важнейшим фактором построения демократического, правового и социального государства. Без их системного внутринационального и международного закрепления и обеспечения невозможно представить эффективное функционирование государственных и общественных институтов, становление и поддержание законности, упрочнение правопорядка, проявление устойчивости и стабильности социального развития.

Вместе с тем в индивидуальном и общественном сознании идея обязанностей распространена в сравнении с идеей прав и свобод явно недостаточно. В международных актах по правам человека и в действующем российском законодательстве, в том числе и в современной Конституции РФ отсутствует концептуальный подход к изложению обязанностей человека и гражданина, социальных групп, общественных

4 организаций и юридических лиц, органов государственной власти, должностных лиц и государства.

Обязанности в меньшей степени, чем права исследованы юридической наукой. Их научная разработка еще не поднялась до уровня исследования субъективных прав, не стала предметом всестороннего научного анализа.

Вместе с тем при анализе этой проблемы важно избежать как умаления обязанностей личности в сравнении с ее правами, так и завышения их истинного значения. Необходим сбалансированный подход к их соотношению.

В современных условиях проблема юридических обязанностей личности стоит намного острее, чем раньше. Это объясняется тем, что неизмеримо возросла роль отдельного гражданина в общественной жизни, расширились и углубились его связи с социальной средой и влияние на эту среду. Именно человек как личность связывает воедино все социальные обязанности: индивидуальные, коллективные, нравственные, правовые, политические, религиозные и иные.

Человеческий фактор незримо ложится в основу любых социальных связей, существующих между людьми. Подчас недобросовестное исполнение своих обязанностей, формализм, бюрократизм в работе отдельного лица наносят непоправимый вред интересам и правам других граждан, коллективу, обществу в целом, порождая цепную реакцию негативных явлений в обществе.

В этой связи представляется актуальным комплексный анализ обязанности как правовой категории.

Степень научной разработанности темы. Проблема изучения института обязанности как правовой категории является одной из центральных задач теории права и государства 1 . Однако, несмотря на свою

Теория государства и права: Курс лекций / Под общей ред. Н.И. Матузова и А.В Малько. — М., 2000. С. 196.

5 актуальность и практическую значимость, она до сих пор не подвергалась самостоятельному комплексному анализу и исследованию.

В общей теории права и государства можно отметить некоторые исследовательские наработки изучения юридических обязанностей в аспекте их взаимосвязи с некоторыми категориями, в частности, правоотношениями, правовым статусом личности, субъективными правами, долгом, ответственностью, правовыми запретами и др. ( Е.А. Агеева, А.В. Айвазян, А.Г. Братко, С.Н. Братусь, Й. Виг, Н.В. Витрук, Д.М. Генкин, Р.Е. Гукасян, И.В. Игнатовский, С.Ф. Кечекьян, Н.М. Колосова, О.Э. Лейст, Е.А Лукашева, А.В. Малько, Г.В. Мальцев, В.А. Ребрин, P.O. Халфина, В.А. Четверний, Д.М. Чечет, В.М. Чхиквадзе, Ц.Я. Ямпольская и

К проблеме понимания обязанностей ранее обращались Цицерон, Гегель, Кант, Иеринг, Остин, А. Дж. М. Милн, Ю. Хабермас, Л.И. Петражицкий, Ф. В. Тарановский, В.М. Хвостов, Г.Ф. Шершеневич и др.

В последние годы проблеме юридических обязанностей уделяли внимание немногие правоведы: С.С. Алексеев, Л.Д. Воеводин, С.Ф. Кечекьян, Н.И. Матузов, В.А. Масленников, Т.Н. Радько, Б.М. Семенеко. Однако до настоящего времени в указанных работах проблематика юридических обязанностей находит лишь фрагментарное (неполное) освещение. Монографические работы, теоретические обобщения, целиком и полностью посвященные комплексному исследованию юридических обязанностей: их природы, содержания и сущности, видового многообразия отсутствуют.

Эмпирическую базу исследования обязанностей как правовых категорий составляют международные акты по правам человека, Конституция РФ и действующее законодательство, постановления Конституционного Суда РФ.

Объект и предмет исследования. Объектом настоящего исследования является обязанность как средство регулирования общественных

отношений. Предметом исследования является обязанность как юридическая категория и самостоятельный институт теории права.

Методологической основой исследования являются общенаучные методы: анализ, синтез, диалектический, системный, исторический. Помимо общенаучных использовались частные методы: системный, сравнительно-правовой, формально-юридический, логический и др.

Цели и задачи диссертации. Цель диссертационного исследования заключается в комплексном теоретическом обосновании обязанности как правовой категории и самостоятельного института в общей теории права, в исследовании ее социальной природы и сущности, в выявлении отличительных свойств и форм видового многообразия обязанности, как наиболее важного средства регулирования социально-правовых отношений. Обобщить накопленные по этому вопросу знания юридической науки и практики и на их основе выработать научно-практические рекомендации по дальнейшему совершенствованию российского законодательства и правоприменения.

Для достижения поставленной цели определены следующие задачи исследования:

выявить предпосылки возникновения обязанностей и раскрыть характер их взаимосвязи с правами;

дать характеристику моральных, религиозных, политических, корпоративных обязанностей;

проанализировать соотношение «обязанностей» с такими категориями как «долг» и «ответственность»;

раскрыть понятие, содержание, структуру юридической обязанности;

— провести классификацию юридических обязанностей с целью
исследования их самостоятельной правовой значимости;

— определить место юридических обязанностей в правовом статусе
личности, органа государственной власти и должностного лица.

Научная новизна диссертации определяется поставленными выше целями и задачами и состоит в том, что в теории права и государства впервые предпринята попытка комплексного анализа правовой обязанности как элемента в системе средств социального регулирования общественных отношений.

В результате диссертационного исследования на защиту выносятся следующие основные положения:

1. Систему социального регулирования первобытного и
раннеклассового общества составляют различные элементы: запреты,
позитивные обязывания, нормы-табу, обычаи, ритуализованные формы
поведения, которые могут рассматриваться той основой, на которой
зарождаются и формулируются в последующем обязанности как
современные социально-правовые категории.

Взаимосвязь прав и обязанностей не ограничивается их единством, которое предполагает рассмотрение прав и обязанностей с точки зрения составляющих единое целое в разных аспектах своего проявления, а не только в их правовом понимании и выражается: 1) в слиянии (взаимопроникновении) прав и обязанностей, когда действие одного и того же субъекта права может рассматриваться одновременно как право и как обязанность; 2) в формальном равенстве прав и обязанностей, который рассматривается как основополагающий принцип построения общего (конституционного) правового статуса личности; 3) в сбалансированности прав и обязанностей в рамках конкретных правоотношений. За рамками взаимосвязи обязанности существуют как качественно обособленные явления и для того чтобы обеспечить надлежащее действие прав, установления одних обязанностей является недостаточным — законодателю необходимо установить систему гарантий их обеспечения.

Некоторые юридические обязанности принимают форму безличного должествования, равно обращенного ко всем субъектам права: предписывая известное поведение одним лицам, они не дают другим

8 абсолютного притязания на их выполнение. Природа таких абсолютных обязанностей такова, что являясь объективно-императивными требованиями, обращенными ко всем субъектам права они существуют для обеспечения правопорядка в целом.

Сравнительный анализ соотношения юридических обязанностей с правовым долгом и юридической ответственностью позволяет установить самостоятельное значение для механизма правового регулирования каждой из перечисленных правовых реалий. Однако часто встречающиеся в юридической литературе определения правового долга и юридической ответственности через категорию «обязанность», свидетельствуют о наличии сходных признаков (моментов), которые связывают эти категории.

На основе анализа различных научных подходов к определению юридической обязанности, автор предлагает понимать под ней меру конкретно-определенного, необходимого поведения субъекта права, предопределяемую правовыми предписаниями и обеспеченную возможностью государственного принуждения.

Традиционное деление юридических обязанностей личности по аналогии деления прав человека и гражданина на виды: личные, социально-экономические, культурные, политические показывает, что многие из обязанностей относятся одновременно к двум и более видам и, следовательно, им присущи видовые признаки сразу нескольких либо всех сфер общественных отношений. Например, обязанность соблюдать Конституцию РФ и законы РФ можно отнести ко всем сферам общественной жизни, а защиту Отечества причислить к личностным и политическим видам обязанностей.

Центральным звеном правового статуса органа государственной власти и должностного лица выступают государственно-властные обязанности, вытекающие из правоустановительной и правоприменительной деятельности. Прямое и конкретное их закрепление

9 в нормативно-правовых актах о компетенции позволяет обеспечить правильность модели поведения властных субъектов правоотношения и эффективное осуществление ими своих функций и задач. Государственно-властные обязанности должны быть обеспечены санкцией юридической нормы (т.е. подкреплены определенными средствами воздействия для понуждения обязанного к их исполнению) и иметь соответствующий механизм своего обеспечения, отсутствие которого позволяет должностным лицам не выполнять надлежащим образом возложенные на них обязанности.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что содержащиеся в ней предложения и выводы могут быть использованы при совершенствовании конституционного и отраслевого законодательства, в процессе правоприменения, способствовать формированию правосознания и правовой культуры граждан и должностных лиц.

Основные положения диссертационного исследования могут быть использованы в учебном процессе при преподавании курса по общей теории права и государства и ряда отраслевых юридических дисциплин, а также в ходе преподавания политологии, этики, религоведения.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические
выводы и предложения диссертации докладывались и обсуждались на
заседаниях кафедры Государственного права, методических семинарах и
научно-практических конференциях, проводимых Хакасским

,) государственным университетом им Н.Ф. Катанова, применялись автором

в учебном процессе, получили отражение в опубликованных работах, приводимых в заключении автореферата.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих шесть параграфов, заключения и библиографии.

Генезис обязанности — от обычной нормы к юридической обязанности

Несмотря на некоторое отставание разработки проблемы обязанностей в теории права, представляется возможным, посредством анализа существующих исторических связей и философских, социально-юридических и политических воззрений понять, осмыслить и проследить ход развития, эволюцию научных знаний об обязанностях, т.е. провести анализ проблемы генезиса обязанности.

В связи с этим следует акцентировать внимание на следующих аспектах исследования обязанности как универсального социально-правового института: когда возникает представление об обязанности как мере общественно-необходимого поведения, опирающейся на «силовое началом, т.е. когда она осознается как принудительная форма обеспечения социально необходимого, должного (социальная обязанность); из чего выводится понятие «обязанность» или какие социальные явления способствуют обоснованию обязанностей как самостоятельных средств регулирования общественных отношений; каков характер генетической взаимосвязи между, обычной нормой (обычаем и др.) и социальной обязанностью; каков характер взаимосвязи обязанностей с правами.

На протяжении долгого времени в юридической науке не выработана единая точка зрения по вопросу о времени возникновения, как обязанностей, так собственно и прав в качестве самостоятельных средств регулирования общественных отношений.

Ряд правоведов утверждают, что в первобытном обществе отсутствует дифференциация прав и обязанностей, и действовавшие нормы воспринимались в качестве правил, равных для всех и необходимых для организации человеческого общежития.1 Такой взгляд на проблему полностью отвечает положениям основоположников марксизма, на которых базировалась доктрина советской науки и в соответствии с которыми, историческое различие между правами и обязанностями существовало не всегда и появилось лишь в классовом обществе с возникновением частной собственности, государства и эксплуатации. «Если у варваров, — писал Ф.Энгельс, — едва можно было отличить права от обязанностей, то цивилизация даже круглому дураку разъясняет различие и противоположность между ними, предоставляя одному классу почти все права и взваливая на другой почти все обязанности».2

Ряд других правоведов считают, что обычаи родовой общины выражают не только интересы всего коллектива, но уже отражают и личные права и обязанности человека.

Такое разногласие отчасти является следствием отсутствия однозначного ответа на вопросы, которые решались многими общественными науками, учеными и философами разных времен: возникло ли право в недрах первобытного общества или оно появилось позднее, вместе с государством. Что является первичным средством регулирования общественных отношений «права» или «обязанности» или они возникают одновременно.

В литературе, верно подмечено, что описывая природу обязанностей, не следует впадать в крайность и объявлять их либо творением государства, либо «продуктом природной (божественной) силы».

Первые обязанности действительно отражали законы природы и естественный, природный, биологический элемент в них присутствовал довольно ярко. Первые их формы (запреты, взаимосвязанные обязательства людей друг перед другом) появляются во времена предшествующие расцвету первобытного общества. С появлением государства санкционируются лишь те из них, которые позволяют или уже позволили решить социальные задачи, стоящие перед обществом. Например, до его возникновения далеко не как пережитки могут рассматриваться обязанности в форме обычаев глубокодревнего происхождения, касающиеся кровной мести, брачных отношений, отношений имущества рода и т.п.1

Ни одно сообщество (как животное, так и человеческое) не может существовать без определенного порядка в отношениях его членов. Такой порядок в общественных отношениях устанавливают правила поведения, которые носят название социальных норм.

Известно, что социальная норма — правило социально значимого поведения членов общества, выступающее необходимым средством: организации, управления, функционирования общества и государства; согласованного взаимодействия людей; обеспечения существующих в обществе прав и обязанностей.

Л. Дюги подчеркивал, что социальная норма не может обосновывать субъективных прав в пользу индивида или в пользу группы лиц, она несет в себе лишь долг солидарности. «Никто не имеет в социальном мире другого полномочия, кроме выполнения задачи, возлагаемой на него социальной нормой или, если угодно, положением, занимаемым им в системе взаимозависимости, соединяющей членов одной социальной группы».3

Система социальных норм, также как и система социальных обязанностей (обязанностей в объективном смысле) отражает и конкретизирует действие объективных законов (общественного долга), т.е. таких которые действуют с естественно-исторической необходимостью. Такая необходимость первоначально определяется самим общественным бытием человека и общества и затем опосредуется в социальной норме посредством уже устанавливаемых обязанностей и прав.

Виды социальных обязанностей: моральные, религиозные, политические, корпоративные

В связи с неоднородностью общественных отношений социальные обязанности подразделяются на самостоятельные виды, среди которых можно выделить моральные, религиозные, политические, корпоративные и иные. Несмотря на их видовое разнообразие, они тесно взаимосвязаны между собой и не могут действовать изолированно друг от друга, однако в различных сферах общественных отношений продолжают оставаться самостоятельными нормативными регуляторами.

В параграфе мы проанализируем общие и отличительные признаки моральных, религиозных, политических, корпоративных обязанностей и попытаемся дать определения указанных видовых социальных обязанностей одновременно исходя из той значимости, которую они несут как регулирующие факторы общественной жизни.

1. Мораль (нравственность) есть особый тип нормативной регуляции, представленный совокупностью норм и принципов, распространяющих свое влияние на всех и каждого и воплощающих в себе нравственные ценности.1

Общепризнанным в научной литературе считается, что мораль, и, следовательно и моральные нормы возникают вместе с обществом. Однако существует мнение, которое заключается в том, что моральные нормы не могли регулировать отношения в первобытном обществе.

Концепция мононорматики выделяет особую категорию мононорм в первобытном обществе, отвергнув отнесение обычных норм к категории моральных (нормы родоплеменной организации в отличие от моральных норм «обеспечены жесткими и фиксированными санкциями»).

Но одновременно достоверно известно, что моральные нормы — первые правила поведения, к которым приобщается человек в процессе социализации и которые, могут оставаться неизменными принципами и мотивами его поведения, либо переоцениваться и изменяться им на протяжении всей его жизни до самой смерти.

Моральные обязанности закладываются в раннем возрасте человека. Их объем и содержание, усвоение и самое главное их исполнение зависят не только от личностно-субъективных факторов каждого члена общества, но и от социальной среды, в которой происходит его взросление, прежде всего, от лиц осуществляющих его воспитание. Нормы морали, воспринятые личностью, становятся ее внутренним побуждением, овладевают чувствами, приобретают силу привычки.

В морали общественная необходимость, потребности и интересы общества выражаются в виде постепенно сформировавшихся и общепризнанных требований, подкрепленных силой массового примера, привычки, обычая. Поэтому требования морали принимают форму безличного должествования, равно обращенного ко всем.

Для того чтобы определиться в специфике моральных обязанностей, отметим, что это, прежде всего, категория нравственности. Процесс реализации моральных обязанностей не мыслим без внутренних побуждений личности, чувств, переживаний, эмоций, которые могут рассматриваться своеобразным стимулом к определенному поведению личности. Такая категория более всего сопряжена с другими категориями морали, к числу которых относятся совесть, сознание, честь, достоинство, долг, ответственность.

Изучению моральных обязанностей посвящены работы не только современных исследователей, но и видных ученых и философов XVI-XX веков. Более того, постановка вопроса об обязанностях известна еще со времен античности и впервые введена в плоскость практической разработки учением Марка Тулия Цицерона, в его трактате «Об обязанностях». «Всякое исследование об обязанности, пишет Цицерон, — двоякое: с одной стороны, оно имеет предел добра (т.е. высшее благо); с другой стороны, оно состоит в наставлениях, которыми мы могли бы во всем руководствоваться в повседневной жизни».1

Приведем другое определение моральной обязанности. Моральные заповеди — это категорические, или безусловные императивы, прямо выражающие значимые нормы или имплицитно имеющие к ним отношение. Императивный смысл этих заповедей только и позволяет понять в качестве должествования то, что не зависит ни от субъективных целей и предпочтений, ни от абсолютной цели человека. «Должно» или «необходимо» поступать известным образом — это означает здесь скорее: поступать так справедливо и поэтому есть наш долг.

Данные определения в принципе раскрывают понятие моральных (нравственных) обязанностей. В них отмечается, что содержание таких обязанностей, соответствует благу общества или справедливости, а значит, отражает их объективно-нравственный признак, что сближает их с общественным (гражданским) долгом. Однако не следует моральную обязанность отождествлять с общественным (моральным, гражданским) долгом, хотя в одних случаях они могут совпадать, в других «вытекать» одно из другого.

Под долгом следует понимать объективно-необходимое требование общественной морали, тогда как обязанность — есть все должное, что кто-либо исполнять или соблюдать должен. Таким образом, долг носит общий характер, а обязанность — избирательный.

Нравственное поведение человека не строиться чисто автоматически из требований обстановки и не сводится к механическому выполнению моральных обязанностей. Переход объективной необходимости в свободный поступок человека очень сложен, хотя бы потому, что происходит постоянная оценка человеком своих поступков исходя из объективно-существующих моральных ценностей в обществе с одной стороны и собственной совестью с другой.

Требование определенного, необходимого образа действия, вытекающее из объективных закономерностей общественного развития, выступает как моральная обязанность. Но прежде чем приобрести свой отличительный признак и быть свободно и непринужденно выполненным, это требование должно быть осознанно еще и человеком как нравственно справедливое. После этого требование становится для него внутренним мотивом поведения, правильно понятой, осознанной необходимостью, т.е. — моральной обязанностью.

Понятие юридической обязанности

Для механизма правового регулирования, значение проблемы обязанностей ничем не уступает значению исследования проблемы прав. Однако, как отмечалось нами ранее, активнее изучаются права личности, которым отдается предпочтение в плане их анализа правовыми и иными общественными науками. Права человека изучают в рамках учебных курсов (дисциплин), их провозглашают в декларациях, имеющих универсальное международное значение, обосновывают концептуальные подходы их зарождения, становления и развития. Во многом исследование самих обязанностей велось и ведется в ключе их взаимодействия с правами, что способствует оставаться обязанностям «в тени», на втором плане.

Юридической наукой вопрос о причинах некоторого отставания разработки категории обязанностей специально не обсуждался, хотя выявление этих причин могло бы способствовать более глубокому исследованию места юридических обязанностей в механизме правового регулирования. Можно указать на следующие причины, способствующие оттеснению обязанностей человека перед обществом и государством на второй план по сравнению с его правами:

Во-первых, во внутринациональном законодательстве и, прежде всего, в ныне действующей Конституции РФ предпочтение отдается правам человека, обязанности отражены недостаточно полным образом.

Во-вторых, в правах и обязанностях фиксируются образцы, стандарты поведения, которые государство считает общеобязательными, полезными, целесообразными для нормального функционирования системы устройства общества, но в полной мере не может гарантировать их соблюдения. Речь идет о таких обязанностях, для осуществления которых нет социальных условий;

В-третьих, международные акты по правам человека провозглашают и акцентируют внимание на правах человека, однозначные формулировки по поводу обязанностей человека, государства, группы лиц в них отсутствуют;

В-четвертых, идея обязанностей слабее распространена в общественном и индивидуальном сознании, чем идея прав и свобод. Поэтому и правосознание у многих граждан оказывается зачастую односторонним, сориентированным только на права. Неверное же представление о своем реальном статусе, долге, обязанностях, взаимосвязях с другими людьми, с государством ведет к неправильной оценке своей роли и места в жизни общества, в той или иной социальной среде, коллективе.

Как правовое предписание — обязанности труднее закрепляются в индивидуальном сознании личности, чем идея прав и свобод, а это значит, что их могут знать недостаточно хорошо или не знать совсем и как следствие всего этого игнорировать и избегать по возможности их исполнения.

Поэтому основные обязанности должны изначально определяться в Конституции государства. Отсутствие определения основных обязанностей человека на том же уровне, что и его прав неизбежно приводит к перевесу в сторону требования немедленного и безоговорочного осуществления притязаний управомоченного лица. А слабо прописанные в законодательстве обязанности, не обеспеченные мерами государственного принуждения и другими гарантиями чаще всего не соблюдаются и остаются таковыми только на бумаге. Личность просто теряет способность к правильной ориентации своего поведения, поскольку она не знает о своих прямых юридических обязанностях. Но если предположить, что она о них догадалась или должна была догадаться, то у нее всегда будет возможность «стыдливо» их не выполнять, потому, как прямое предписание отсутствует и значит, ответственности можно избежать. Такой подход влечет за собой искажение личностной ориентации, он может привести к совершению правонарушений, злоупотреблению правом, т.е. может стать криминогенным фактором. По собственным оценкам Й. Вига, влияние данного фактора ощущается и в имеющем место в наши дни ростом преступности.1

В-пятых, в среде некоторых ученых, политиков, государственных деятелей, должностных лиц и обыкновенных граждан все еще привлекательными являются стереотипы, такого рода, «что гражданин может делать все: разрешено все, что не запрещено законом», что, по их мнению, означает широкое осуществление прав и свобод человека. На самом же деле такой принцип ослабляет и без того не урегулированное в праве чувство моральной, политической ответственности и может привести к правовому фетишизму.

Следует согласиться также с мнением С.Ф. Кечекьяна о том, что права граждан могут быть надлежаще обеспечены лишь при строгом соблюдении своих правовых обязанностей всеми государственными и общественными организациями, всеми должностными лицами и гражданами. Недооценка их значения есть следствие недостаточного понимания того обстоятельства, что нормы права воздействуют на общественные отношения и вне возникающих на их основе правоотношений, т.е. вне конкретных правоотношениях.

Изучение и обоснование юридических обязанностей требует остановиться на этимологии слова «обязанность».

Для настоящего времени все еще актуальными являются слова Н.И. Матузова, высказанные им еще в 1987 году: «Наше законодательство не дает определения юридической обязанности (как и многих других понятий). Следовательно, его должна выработать наука».

Однако на протяжении длительного времени у исследователей этой категории нет единства в понимании юридической обязанности. Характеристика обязанностей отличается, довольно своеобразными подходами к пониманию этого явления.

Виды юридических обязанностей

Многообразие прав, свобод и обязанностей в системе права позволяет ставить вопрос о группировании их в родственные классы (группы) на основании того или иного отличительного признака, т.е. производить классификацию прав и обязанностей с целью исследования их правовой природы и значимости.

Классификация обязанностей и прав, как прием исследования, носит субъективный характер, т.е. каждый ученый вправе иметь свой взгляд на проблему. Поэтому было бы ошибкой настаивать на универсальном характере той или иной классификации указанных категорий, потому как даже весьма совершенная классификация прав и обязанностей не исключает, а предполагает другие виды.1

Таким образом, любая предложенная классификация как прав и обязанностей, так и обязанностей не претендует на исключительность и не носит исчерпывающий характер: во-первых, отдельные виды обязанностей могут подразделяться еще на виды обязанностей; во-вторых, виды обязанностей не существуют, так сказать, в чистом виде, а различным образом переплетаются и взаимопроникают друг в друга.

На важность и необходимость классификации в исследовании прав и обязанностей указывали в своих работах такие авторы как — С.Ф. Кечекьян, А.Г. Мозохина, А.П. Лепешкин и др2.

Целесообразным является подчеркнуть, что обычным явлением для науки в целом стало — давать классификацию исключительно только прав человека, которые рассматривались как важная веха в развитии человеческой мысли и общества в целом.

По общему признанию1, впервые научную классификацию основных прав советских граждан осуществила М.П. Карева, ограничившись теми из них, которые были зафиксированы в Конституции СССР 1936 года. Предложенная классификация содержала явные недостатки и нуждалась в дальнейшем изучении и уточнении. Попытки преодолеть слабые ее стороны, были предприняты авторским коллективом в учебном пособии, вышедшем в 1950 г.2, в котором провозглашалась задача дать классификацию не только конституционных прав, но и конституционных обязанностей. Задача дать классификацию обязанностей не была реализована. Однако из нее следовал вывод о том, что классификация прав может автоматически переноситься и на классификацию обязанностей граждан, поскольку критерий классификации -«область», «сторона общественной жизни» может совпадать для прав и обязанностей, как в отдельности, так и взятых в единстве.

Спустя некоторое время отдельными авторами все же были предприняты попытки осуществить классификацию исключительно только обязанностей. Так, А.И. Лепешкин предложил группировать обязанности граждан, записанные в Конституции СССР 1936 года в зависимости от их содержания, которые он предлагает разделить на две группы: а) обязанности граждан по укреплению советского общественного строя; б) обязанности граждан по укреплению и защите социалистического отечества.3

Но такого рода классификация не получила широкой поддержки среди ученых в области права, либо осталась не замеченной ими, а отдельными учеными была даже высказана критика в ее адрес. Например, можно привести замечание Л.Д.Воеводина, который пишет, что классификация как действенный прием исследования существенно ослабляет себя, если права и обязанности группируются отдельно друг от друга. И дело тут не только в формальном нарушении принципа их единства, а, прежде всего в том, что утрачивается правильное представление о мере той свободы, которая закреплена в них. Классифицироваться должны не только права и свободы, но также и обязанности, так как только вместе взятые они составляют единое целое и лишь в единстве очерчивают основы правового статуса личности.1

Однако на наш взгляд, возможно вести речь как о классификации прав и обязанностей, исходя из принципа их единства, так и о классификации исключительно только обязанностей, с той теоретической целью, чтобы вскрыть их природу как самостоятельных категорий (на практике права и обязанности не разделимы, т.к. каждому праву корреспондирует соответствующая обязанность).

В одной из следующих своих работ А.И. Лепешкин дает классификацию основных прав и обязанностей в органическом их единстве и делит их на группы: а) социально-экономические права советских граждан и их обязанности; б) политические права и демократические свободы советских граждан; в) равноправие граждан СССР и их общественный долг; г) личные права и свободы граждан и их обязанность по защите социалистического общества.

А.В. Мицкевич предложил все права и обязанности, а не только те, что закреплены конституцией, группировать на три вида по их социальному назначению: политические, социально-экономические и личные.3

Аналогично А.В. Мицкевичу классифицирует конституционные права и обязанности В.А. Патюлин, однако, в основание своей классификации он кладет виды качественно различных по содержанию общественных отношений, существующих в обществе.

Так как Л.Д. Воеводин давно и плодотворно исследует проблематику классификации основных прав и обязанностей, их системного характера и видов, то сошлемся на его комментарий относительно предложения А.В. Мицкевича делить обязанности и права на личные, социально-экономические и политические.

«В указанной классификации, — пишет Л.Д. Воеводин, — заслуживает поддержки идея делить права и обязанности по их социальному назначению. Автор, к сожалению, не останавливается на том, что следует понимать под «социальным назначением» прав и обязанностей граждан.